Вот и сыну Альсагар было очень обидно. И потому он с нетерпением ждал, когда ему дадут какое-нибудь красивое имя. Небось, тогда и дразнить его перестанут!

Но у старого Шархала в тот день, похоже, было весьма скверное настроение. Он лежал в самом темной углу пещеры и дремал. Увидев Альсагар, он недовольно рявкнул:

— Ну, зачем пришла? Подремать спокойно не даешь. Наверное, дело твое пустяковое, и приходить-то не стоило…

Альсагар приподняла правое крыло, и из-под него робко выглянул маленький дракончик.

— Это мой сын, уважаемый Шархал. Сегодня ему исполняется три месяца.

А значит, пришла пора ему получать имя. Ну, трусишка, выходи, покажись нашему Главному Старейшине!

Маленький дракон робко пошел вперед на задних лапах, смешно переваливаясь из стороны в сторону.

Увидев его, старый Шархал сначала нахмурился, а потом расхохотался:

— А ты почему ходишь на задних лапах, словно человек? Мы, драконы, всегда ходим на четырех лапах. И какой же ты толстый и неуклюжий, ха-ха-ха! Давно не видел таких смешных дракончиков. Думаю, что и имя тебе надо подобрать тоже смешное.

Маленький дракончик аж глаза вытаращил. “Какое?” — хотел спросить он. Но с перепугу язык у него заплелся (а у дракончиков языки раз в пять длиннее, чем ваши!), и потому малыш вымолвил нечто непонятное:

— Пупкое?

Шархал снова рахохотался.

— Что, что ты сказал? Пупкое? Никогда не слыхал такого слова. Тебе уже три месяца, а ты еще и говорить-то толком не научился, глупыш. Ну, значит и имя у тебя будет не только смешное, но и глупое. “Пупкое” — это же надо придумать такое слово. Пуп… Пупик — вот как отныне тебя будут называть!

Альсагар задрожала от ужаса.

— Почтенный Шархал, зачем же ты выбрал такое плохое имя для моего сына? Ему и так сверстники прохода не дают! Будь добр, придумай для него имя покрасивее.